Джентльмены чужих писем не читают - Страница 47


К оглавлению

47

Блин, Маньяна, подумал Иван. Не можешь в кабинку спрятаться, что ли, если уж приспичило…

Странный человек вдруг вместе с содержимым своего кулака повернулся к Ивану и улыбнулся ему белозубой улыбкой.

А, понятно, догадался Иван. Утро. Время “П”. В смысле – доны педры на охоту выходят.

– Hola! – сказал педрила Ивану и помахал предметом, который держал в кулаке.

Предмет был приличных размеров, может, даже поболе, чем у Ивана.

– Хочешь, амиго? – дружелюбно сказал педрила и глазёнками покосился в сторону кабинки.

Ах же ты, сука, подумал Иван, в силу здорового естества и добротного армейского воспитания к педерастии относившийся с омерзением. Спидоносец ты грёбаный. Попробовал бы ты у нас в Нижнем такое предложить кому-нибудь. Ох, и отметелили бы тебя прямо в сортире. Сексуальную ориентацию тебе поправили бы в один момент и на всю жизнь. А то и вовсе бы сняли проблему с повестки дня…

Иван улыбнулся и сказал:

– Ух ты, какой он у тебя большой!.. Fantastico, брат. Просто fantastico.

– Не правда ли? – с гордостью отозвался педрила. – Пойдем, пока кабинка свободна. Он не только большой, он ещё и вкусный, настоящий bombon…

– Да уж не откажусь, – уверил его Иван. – За этим и пришел, как говорится. Только вот… мне кажется, ты прибедняешься, амиго…

– В каком смысле?! – педрила так удивился, что даже дрочку на время прекратил.

– Ну… мне кажется, он у тебя ещё больше может быть, разве не так?

– Ну, наверное… наверное, может… – самодовольно сказал педрила.

– Так сделай, – попросил Иван. – Хочу насладиться этаким чудом природы сполна. Ты уж мне кайф не ломай!..

– Да можно попробовать… – произнёс педрила, и рука его стала набирать обороты. – Отчего ж не постараться… для хорошего человека…

Глаза его затуманились. “Чудо природы” и впрямь начало увеличиваться в размерах.

Иван подошёл к нему вплотную, встал сбоку и смотрел на это безобразие сверху, чуть-чуть как бы из-за плеча хозяина аттракциона.

– Так пойдёт? – спросил педрила и высунул изо рта розовый язык.

– Восхитительно! – воскликнул Иван. – Но мне кажется, любимый, что ты ещё не все ресурсы своего могучего организма исчерпал. Я уверен, что ты можешь сделать его ещё больше. Ну, хотя бы на сантиметрик. Клянусь, никогда в жизни не видел ничего подобного!

Педрила задвигал кулаком ещё быстрее. Дыхание его участилось и стало хриплым.

Пора, решил Иван.

Он нагнулся к педриле и заорал ему в ухо на чистом русском языке:

– Ого-о-онь!!!

Педрила сладострастно содрогнулся и кончил себе в ладонь мутным фонтаном. Иван захихикал и направился в кабинку, оставив своего знакомца растерянно рассматривающим свою обтруханную руку и штаны.

Посадят тебя, Иван Батькович, ох, посадят когда-нибудь за такие шутки, сказал себе Иван, продолжая хихикать. Никакого удержу на тебя нету, старлей. Родина тебя, понимашь, призывает службу ей сослужить, а ты такой хреновиной занимаешься по маньянским сортирам с посторонними гомосеками… Стыдно, старлей! Этому, что ли, тебя учили в экстернатуре?..

Этому и учили, ответил он сам себе. То есть не только этому, но и этому тоже. Причем на это делался упор.

Ему стало так смешно от этой мысли, что он захохотал.

Педрила за дверью кабинки вдруг жалобно взвыл.

– Ты чего воешь, урод? – весело спросил его Иван.

– Ты… ты меня лишил заработка в целую сотню!..

– Пей пиво с карандашами, придурок! – сказал Иван и снова расхохотался. – Глядишь, хоть один да застрянет!..

– Гад! – крикнул педрила сквозь слёзы и отправился умываться.

Иван присел на толчок и принялся исследовать правую стенку кабинки. Ага, есть! Посередке красным фломастером было написано: Comes mierda, а ниже – какие-то номера телефонов, буквы, символы, непонятные непосвященному…

Глава 17. На папочкиной вилле

Папочкин palacio был построен на склоне горы Теотепек в полутора милях от океана. Когда погода случалась солнечная и волны были высотой не больше метра, Габриэла бывала в настроении по утрам пробежать это расстояние, окунуться в океанские волны и пешком возвратиться назад. Сегодня был ветер, и она предпочла бассейн. Позавчерашнее помнилось смутно, как скучная книга, прочитанная от нечего делать в пригородном поезде. События и сопутствовавшие им чувства существовали в памяти отдельно друг от друга.

Папочка сидел за столиком на залитой солнцем террасе в компании с большой бутылью ямайского рома и, сдвинув очки на нос, читал прессу последних двух дней о воскресных приключениях своей дочурки.

Писали разное.

Правительственная Las Noticias de la Тarde, к примеру, утверждала, что никаких террористов на Панчо Вилья сроду не бывало, никакая мифическая Агата ни в кого не стреляла, и никаких русских дипломатов (Боже упаси!) со времён сеньора Троцкого никто в Маньяне не убивал. Ну, что-то прогремело, да, допустим, было. Но ведь не всё, что гремит – стрельба. Ну, кто-то упал на тротуар – ну и что? Не всяк, сеньоры, кто в воскресенье посреди Маньяна-сити на асфальт падает, – до смерти убитый. А что до телевидения, которое показывает всё, что ему в голову взбредет, так давно пора его национализировать к чертям собачьим, к чему, собственно говоря, Панчо Вилья и призывал.

Демократическая “Эксельсиор” вяло допускала, что на Панчо Вилья террористов, может, и не было; в конце концов, стрельнуть одного посреди толпы – разве это терроризм?.. так, кошачьи слезы; но уж в горах за Куэрнаваке – точно терроризм присутствовал: кому ещё, как не террористам, понадобилось взорвать в машине чиновника Государственного Департамента? Кровь невинно убиенного лежит, разумеется, на негодяйском правительстве, которому полагалось всем составом уйти в отставку ещё в начале года, но оно не ушло. Лишним доказательством этому служит то, что до сведения общественности до сих пор не доведены собственно требования террористов, за невыполнения которых было зверски, то есть именно так, как на террористическом акте и полагается, убито должностное лицо. Что же касается ночной канонады с фейерверком в районе Чапультепек, то это, ясное дело, продолжается война между бандами драгдилеров, которая, как мамой поклялся общественности министр внутренних дел, должна была закончиться ещё три с половиной месяца назад, и, стало быть, нужно немедленно… нет, не правительство в отставку, а наркотики легализовать. Что демократическая партия Маньяны и обязуется сделать, как только наберёт большинство в парламенте. А заодно и компрадорское правительство – на хрен.

47